ЗДРАВСТВУЙ МУЗА ХОЧЕШЬ ФИНИК

Ах, любовь к горькому, кислому и соленому — трудно прожить без нее в России, трудно представить без нее еврея, неважно, где он живет — в России или Эрец-Исраэль. Жизнь наша — горько-соленая. Мы, конечно, напечем сладких гоменташей в Пурим и пончиков на Хануку, мы поедим сладких блинов на Масленицу, но эта сладость будет немножко горчить. Почему у нас всегда так?

Игры длились четыре дня. Играли в «Что? Где? Когда?», Брейн-Ринг, «Свою игру», «Эрудит Квартет». Как всегда на фестивалях, прошло несколько турниров развлекательного формата: «Юрьев день» (когда шестерки произвольно формируются из знатоков разных команд), «Кубок поручика Ржевского» (на вопросах, которые обычно не попадают в нормальные пакеты по причине недостаточной пристойности). Рассказ о конкурсе и несколько вопросов — читателям «Букника».

«Чем Израиль прославился в мире? Помидорами черри и танком “Меркава”, чипами для мобильных телефонов и новыми лекарствами, беспилотными самолетами и ICQ. А еще оливами. Конечно, оливами, ведь израильские оливы — лучшие в мире». О том, как оливы не хуже вина могут стать поводом для веселья, — новый репортаж Ариэля Бульштейна.

Израильтяне тратят на бамбу 40 миллионов долларов в год.
В 1991 году, во время войны в Персидском заливе, когда распространился слух о химической угрозе со стороны Ирака, министерство труда объявило, что заводы по производству бамбы являются стратегическими, так как бамба — ценнейший продукт питания для взрослых и детей.

Кампус на горе Скопус вполне может служить вступительным экзаменом в университет, ибо только тот, кто сумеет разобраться в хитросплетении наземных и подземных переходов, галерей, туннелей, лабиринтов, балконов и ярусов, достоин здесь учиться. Среди студентов ходят легенды об абитуриентах, которые зашли в кампус когда-то в 1980-х годах, и с тех пор их больше никто не видел.

В Иерусалим приходят письма и посылки со всего мира, на которых в качестве адресата указан «Бог» (отправители порой отмечают и адрес получателя – «Стена плача», «Райский сад» или «Седьмое небо»). Раз в год все такие письма переправляют главному раввину Стены плача, чтобы поместить их среди камней Стены.

Когда создателей университета спрашивали, чем их детище будет отличаться от прочих вузов, те отвечали: «У других на вопрос «сколько будет дважды два?» отвечают: «Четыре», а у нас ответят: «С Божьей помощью, четыре…»»

Якоб Исраэль де Хаан… Я не могу понять, как к нему относиться. Такого противоречивого человека трудно себе представить. Он мне и симпатичен из-за своего нонконформизма, и отвратителен — тоже из-за нонконформизма, наверное.
Сегодня его помнят немногие. Но это настолько разные немногие, что диву даешься.

«Тель-Авив, говорите, не любите? Да вы его просто готовить не умеете», — как бы говорит Евгений Озеров своей книгой. Озеров не дает рецептов, как именно приготовить Тель-Авив, но приводит полный список ингредиентов и предлагает несколько советов.

Особый интерес представляет глава о русских корнях сионистского движения (как известно, большинство сионистских лидеров второго поколения: Вайцман, Бен-Гурион, Жаботинский и другие, — родились в Российской империи). По мнению Рабкина, склонность сионистов к силовым решениям и даже террору возникла под влиянием русской революционной традиции с ее эсеровской боевой организацией и большевистскими «экспроприациями».